Глава I.
Положение православия и православной Миссии в Китае.
Ввиду 200-летнего юбилея нашей Пекинской Духовной Миссии, благовременно оглянуться на ее прошлое, восстановить полузабытые имена немногих ее сподвижников, подвести итоги скромной их деятельности и воздать благодарение Господу Богу за споспешествование во благое чаяние нашей св. церкви и дорогого Отечества. Существование в Китае православия имеет более глубокий внутренний смысл и, можно сказать, провиденциальное значение1, чем пребывание в нем других языческих и христианских исповеданий, сильных по числу своих адептов. Важнее же всего тот знаменательный факт, что православие не вторгалось насиль- ственно в Срединную империю, как то было с другими исповеданиями. Впервые оно явилось сюда в XIII столетии в лице нескольких десятков тысяч русских, взятых в плен монголами при нашествиях их на Русь2. Подобно западным славянам, они были поставлены монгольскими завоевателями Китая в служебную роль и по своей малочисленности равно как и по восприимчивости славянской натуры скоро были охвачены огромной китайской нацией. После XIV столетия первые православные дружины, лишенные нравственно-религиозной связи со своим отечеством, затерялись на крайнем востоке3, заглушенные языческими терниями4.
Русская колонизация5 во второй половине XVII в. дошла за хвостом пушного зверя до реки Амур6 и здесь соприкоснулась с сибирскими инородцами и маньчжурами. Горсть русских удальцов в 1685 г. берется в плен китайцами на ставшем от того времени спорным Амуре и приглашается в Пекин на службу к китайскому богдыхану. Там ожидала их не особенно отрадная судьба их предшественников не из одних русских (несториан и евреев), тем более, что они поставлены были в условия жизни, совершенно одинаковые с прежними их соотечественниками. Наследственная служба и религиозная связь с православной Россией спасли эту дружину от расплавления в огромной этнографической лаборатории Китая, и православие благодаря главным образом Пекинской Миссии de facto непрерывно существует здесь в течение уже 200 лет.
В связи с таким оригинальным положением русских представителей православия в Поднебесном государстве, Духовная наша Миссия началась с конца 1685 г. в лице смиренного иерея Максима, приведенного насильно в Пекин самими русскими пленниками. Это также характеристическая черта в положении православной Миссии в Китае. Такого рода обстоятельство сразу зарекомендовало ее в глазах подозрительного и недоверчивого китайского правительства и дало возможность русской светской и духовной власти к поддержанию в Китае значения православной России. От гения Петра Великого не ускользнули такие знаменательные факты в истории русской колонизации на крайнем востоке, какими были занятие казаками Амура и поселение русской дружины в Пекине. При полном сочувствии и поддержке в этом отношении со стороны православной церкви, он постарался обеспечить на будущее время положение православных пленников в Китае. Уже в указе от 18 июня 1700 г.7 он задумал составить для последних специальную Миссию с заманчивой целью привести в православную веру хана китайского с народом. Мысль о постоянной Миссии в Пекине осуществилась в 1715 г., и с этого времени православные миссионеры уже не исчезали с почвы Срединной империи. В составе членов Миссии за 200-летнее ее существование заметны были два направления, или течения, -малороссийское и великорусское, первое более пассивное, второе более активное. Малороссийское течение преобладало в XVIII столетии, великорусское - в настоящем. Впрочем, в обоих столетиях встречались в Миссии представители того и другого направления, типические черты которых определены уже русской историей8.
Нужно отдать честь и самому китайскому правительству, несмотря на его систему уклончивости и медлительности в дипломатических вопросах, не только одобрившему мысль о постоянной Российской Миссии, но и помогшему осуществить ее. Относясь с большим уважением к российским монархам, богдыханы со своими чиновника ми благосклонно и доверчиво смотрели и на российских миссионеров9. Поддерживая (до 1858 г.) членов православной Миссии жалованием и натуральным содержанием, пекинское правительство всегда относилось к ним покровительственно и благодушно: не только не подвергало их гонениям и изгнанию, к чему много раз прибегало относительно католических и протестантских веропроповедников, напротив, "содержало их во всяком благопризрении, без малейшего притеснения"10 и много сделало для облегчения тяжелой участи наших соотечественников - в местах столь отдаленных. Представители российской церкви почти никогда не были стесняемы в своих сношениях с местными жителями11, хотя не были изъяты от надзора пекинской полиции. Во всех случаях, когда Миссия обращалась к китайскому трибуналу за защитой и правосудием, она почти всегда получала удовлетворение, с некоторым даже предпочтением пред самими подданными Срединной империи12. В глазах китайцев Миссия наша не имела политического характера; тем не менее Начальникам и членам ее часто удавалось приобретать расположение тех лиц, которые так или иначе могли иметь влияние на ход политических дел китайской империи13. Через связи с членами пекинского трибунала наши миссионеры вовремя узнавали о предметах более или менее важных для сношений России с Китаем и заблаговременно могли предварять обо всем российское правительство14. Все это делалось не без ведома самих китайских властей.
Исключительное положение православной Миссии в Пекине часто возбуждало зависть в европейцах, до 1860 г. не имевших прочной оседлости в столице Китая, и подозрения в том, что Российская Миссия пользовалась там большим влиянием15. Эти подозрения были безосновательны и преувеличены. Своим исключительным положением в резиденции китайского богдыхана православная Миссия была обязана основным принципам православия, которых она держалась в отношениях своих к правительству китайскому и его подданным. Руководствуясь сначала грамотами тобольских архипастырей, а потом следуя внушениям Министерства Иностранных Дел и особенно синодальным инструкциям, пекинские миссионеры наши всегда были верны желаниям и требованиям своего начальства относительно повиновения предержащим местным властям, невмешательства в какие бы то ни было гражданские дела, особенно же относительно мира, любви и братского общения со всеми16. Имея ближайшей своей задачей пастырский надзор за потомством албазинцев, наша Миссия всегда держалась указанных ей границ нравственно-религиозной сферы, не вела пропаганды, не вмешивалась в политику, не интриговала при дворе богдыхана, не увлекалась и меркантильными целями17. Безкорыстно благодетельствуя своим пасомым, она ограничивалась одною задачею: учила их послушанию православной церкви и повиновению местным властям18. Воздавая таким образом Кесарева Кесареви и Божия Богови, наша Миссия с ведома китайского правительства могла получить от своего новую обязанность - служить посредницей при дипломатических и торговых сношениях России с Китаем, которые велись отдельно и самостоятельно от Миссии. И в этом направлении ей удалось бескорыстно выполнить выдающуюся роль. По замечанию проф. Мартенса, она своею деятельностью оказала немаловажную услугу русскому народу19.
При такой двойственности своих нелегких обязанностей, Пекинская наша Миссия служила некоторое время узлом, связывавшим две соседних империи. Кроме того, она имела в своей среде так называемых учеников или студентов, подготовлявшихся для драгоманской службы20, и долго была единственным рассадником в России знатоков китайского и маньчжурского языков, а потом из нее вышли и первые русские консулы на крайнем востоке21. Далее, Миссия до конца 70-х годов настоящего столетия служила правительству хорошим органом для получения новостей о Китае из самого лучшего источника и к изучению этой мало известной страны в разных отношениях22. Наконец, при неумении китайцев составить хоть одну бумагу по-русски 23, она знакомила их с русским языком. Так, китайское правительство само давало учителей светским членам нашей Миссии и потом доверяло им для перевода и рассмотрения все бумаги, приходившие в Пекин из России или из Европы к католическим миссионерам, и, кроме того, поручало членам, а некоторое время и Начальникам православной Миссии обучать целые толпы китайских мальчиков русскому языку. За все это трудившиеся получали от правительства Срединной империи хорошее жалование и награды, а некоторые из них пользовались вниманием самого богдыхана и уважением его сановников24. Таким образом присутствие в Пекине Российской Духовной Миссии, которая подготовила возможность открытия потом и светской, постоянно напоминало китайскому правительству о существовании дружественного и могущественного соседа25.
После открытия дипломатической миссии (в 1861 г.), Духовная с 1863 г. снова возвращается из ведомства Министерства Иностранных Дел в первобытное свое положение под ведение св. Синода и чрез то получает большую чем прежде возможность проявлять свою деятельность в одной нравственно-религиозной сфере. Сосредоточившись в силу второго параграфа новой синодальной инструкции на поддержании православия среди потомков албазинцев и новокрещенных китайцев, она за последнее 25-летие направила свою деятельность по преимуществу на переводы священного писания и богослужебных книг, на улучшение церковного пения, на оживление церковной проповеди и усиленное преподавание христианских истин в школе26. Продолжая быть связующим звеном для русских, проживающих в городах Срединной империи, каковы: Пекин, Калган и Тяньцзинь, Миссия в настоящее время расширила свою деятельность освящением 26 апреля 1885 г. православного храма и открытием богослужения на юге Китая, в городе Ханькоу - главном центре чайной торговли. Своими же переводами она ответила на религиозно-нравственные потребности не только православных китайцев, но и родственных им японцев27, а также корейцев, маньчжуров и китайцев, проживающих в Сибири28.
В историческом итоге деятельность православной Миссии в Пекине оказалась вполне солидарной с политикой России, которая всегда была далека от цели ослабления жизненных сил Китая и от стремления навязать жителям его блага христианской цивилизации в ущерб их национальной самостоятельности, к чему клонится деятельность других европейских Миссий29. Православной России первой принадлежит честь воздействия в последнее время (1 июня 1858 г.) на косный Китай и получения от него согласия на признание свободы убеждений и христианской проповеди30. Но выговорив такие условия, Россия не воспользовалась данным ей правом свободной проповеди в Китае и ограничивает до ныне29 положение Духовной Миссии смиренной и скромной ролью 31, которая отвечает вполне внутреннему характеру православия и настроению иноков, входящих в состав Миссии 32.
1 "Если позволительно думать, что каждому государству суждено играть в мировой жизни ту или другию культурную роль, сообразно с его силами и географическими условиями, то по отношению к России, как стране, лежащей между Европой и Азией, эта роль должна разыграться в будущем не на западноевропейских границах, а на азиатском востоке. Здесь она может проявить и применить свои силы, как последовательное звено в распространении западноарийской цивилизации на азиатский восток, не принимавший до сих пор участия в этом круговом умственном движении. Приняв это дорогое наследство из рук Европы, последовательно передавшей его от одного исторического народа другому. Россия в свою очередь должна быть и носительницей этого светоча, и распространительницей его в более далекие восточные пределы. Поэтому, по отношению к Европе она играла роль ученика, по отношению к Азии должна играть роль учителя".-Флоринский В. Соображения по вопросу о существующих границах России с Китаем (прилож. к кн.: Бантыш-Каменский Н.Н. Дипломатическое собрание дел между российским и китайским государствами с 1619 по 1792 г. Казань, 1882. С. 540).
2 При своих набегах на Русь, число которых восходит до 48 (Соловьев С.М. История России с древнейших времен. 1857-1879 гг. Т.IV. С. 243), монголы забирали много пленных. По указанию проф. Васильева, о киевлянах упоминается в Вэн-син-тун-као, части Сюй-сан-туна (продолжене Юань-ши). Монголы имели обыкновение из покоренных ими народов выбирать молодых людей и составлять из них дружины для ханской гвардии.-Архим. Палладий. Старинные следы христианства в Китае// Восточный сборник. СПб 1872/7. Т. 1. С. 47-50; Духовная Беседа, 1863, N 27, С. 368 и далее.
3 К настоящему востоку не следует причислять ни Персию, ни Турцию: это не более, как юг запада. Настоящий восток - это нынешние китайские владения с югом в Индии и севером Сибири -Проф. Васильев. Открытие Китая(оттиск из газеты Русский Дневник за 1859г). С. 3.
4 Русские являются особым отрядом Пекинской гвардии в 1330 г., когда на престол взошел хан Тутемур. Тогда же для русских полоненников как солдат был устроен лагерь или поселение, на севере от столицы, для чего правительство откупило у крестьян землю. Русские солдаты были снабжены земледельческими орудиями. По мнению о. Палладия, местом поселения русских была окраина Китая, или горная межа, отделяющая Китай от Монголии (Старые следы.С. 49 и 50). По преданию, потомки русских жили около Лобнора (сообщ. проф. Васильева). Позднейшие полоненники из русских ссылались на юг Китая, в провинцию Фуцзян и Гуан-дун (Моск. Архив МИД, Пекин, Миссии дело N 16, (1766-1769). По преданию самих албазинцев, много потомков русских живет в провинции Сычуань (О. Иакинф Бичурин// Прав. Собеседник 1886 март. С. 260).
5 "Отдаленные наши владения на востоке должны быть милы всякому русскому сердцу; на них каждый русский может указать с такою же гордостью, с какою западная Европа указывает на Америку. С незначительными средствами мы сделали для человечества все, что могли: в страны от сотворения ра не видавшие оседлой жизни, в страны, предоставленные на волю зверей и таких людей, которые походили на многочисленных своих четвероногих сожителей, мы внесли оседлость, бросили первые семена цивилизации и провозгласили истинного Бога всем дикарям до лесов, обитаемых колошими... Мы не истребляли инородцев мечами, а сливаем их с собою, обращаем в русских. До сих пор наши действия были медленны. Но за то не будут ли они прочнее блестящих действий европейцев XVI и XVII столетий, когда заводились и развивались в Азии и Америке колонии? Нам было больше труда. Мы должны были бороться с климатом и естественными преградами. И все это делалось негласно, не знаемо для всего нашего народа и потому без сочувствия его к великому делу".- Проф.Васильев. Открытие Китая. С. 29-31.
6 "Наша Сибирь была недоконченною без Амура: она не имела свободного выхода в Океан, которому судьба уготовала в будущем иметь тоже значение, какое имело в древности Средиземное море, но только несравненно в более громадных размерах. Не один Китай открылся нам с приобретением Амура: пред восточною Сибирью лежат Япония с Кореей и Америка, а далее манят ее к себе острова Тихого Океана и самая Индия... Теперь новая эра начинается для нашего востока. Амур, это богатая, чудная река, которой давно так нетерпеливо ожидала Россия, вдруг потекла по нашим владениям. От пределов Кореи и Ситхи из твердой земли образуется естественная арка, поперек соединенная цепью Алеутских и Курильских островов, примыкающих к нашему Сахальяну".- Там же. С. 30-32.
7 Полный свод законов (Далее:П.С.З.). Т. IV, N 1800. С. 60.
8 О. Иакинф Бичурин, гл. II //Прав. Собеседник. 1886, февр. С. 166-170.
9 Это уважение сказалось в освобождении российских посланников с XVIII столетия от тех унизительных поклонов и церемоний, которыми необходимо условливалось тогда представление Сыну неба дипломатических представителей всех других государств. -Исторический очерк христианской проповеди в Китае: Труды Киев. Дух. Академии. 1860, кн. 4. С.312.
10 Бантыш-Каменский. Дипломатическое собрание дел между российским и китайским государствами, с 1619 по 1792 г. С. 305.
11 Только один раз члены нашей Миссии были заперты на некоторое время в русском подворье и не выпускались наружу из-за неудовольствий китайского правительства на российское. Это было в 1759 г. при архим. Амвросии Юматове. Но и тогда наши миссионеры получали содержание от китайцев, которые вовсе не думали высылать их из Пекина. В то время по этому вопросу китайский трибунал так писал в Россию (от 4 августа 1761 г.):"Когда б мы ламов (священников) их держать у себя не захотели, давно бы вон выгнали. Что нам пользы изнурять таких людей?.. Пусть с своими людьми прямо в Пекин пришлют (товары для обмена на деньги) и чрез их сведают о ламах - изнуряемы они были, или нет?"- Бантыш-Каменский.Цит.соч. С. 305, 306. Не так поступали китайцы в тоже время с католическими миссионерами, как будет показано ниже.
12 История Российских иерархов. II. С. 485.
13 Инструкция архим. Поликарпу от 6 апреля 1840 г. N 729 (в архиве Миссии).
14 Инструкция архим. Палладию от 3 мая 1849 г., N 1450 (в архиве Миссии).
15 Проф. Васильев. Воспоминание об И. И. Захарове (оттиск из Журн. Мин. Народ. Просвещ. за 1885 г.). С. 6; Исторический очерк христианской проповеди в Китае: Труды Киев. Дух. Академии 1860, кн. 4. С. 311. "Побывать в столице Китая составило прежде предмет зависти. Как досадовали европейцы на то, что мы русские одни бываем в Пекине!.. А иной из русских проводил жизнь в этом городе по 10 (и более) лет, не видя ни одного нового лица ни из европейцев, ни из своих соотечественников. Сколько раз приводилось ему в отчаянии произносить проклятия на это редкое счастье!.. Для русских главное зло состояло в том, что они были одни. Ничто не подстрекало их к деятельности, ничто не поддерживало в проявлявшихся подчас стремлениях, ничто не утешало в обманутых надеждах, или в холодности всего окружающего. Нет сомнения, что наше пребывание в Пекине имело не малое влияние на стремление к нему европейцев. Но можно сказать утвердительно, что они ошибались в своей зависти". - Проф. Васильев. Воспоминания о Пекине (оттиск из "Северн. Пчелы" за 1859 и 1860 гг.). С. 23; Его же. Русско-китайские трактаты (оттиск из "Северн. Пчелы" 1859 г.). С. 21; Ср. Дюмон-Дюрвиль, Всеобщее путешествие вокруг света, М., 1836, ч. IV. С. 139.
16 "Православные миссионеры воздавали должное почтение и уважение богдыхану и его мандаринам, жили в мире и согласии с китайцами, с которыми входили в сношения, не водились в отношении к другим проповедникам духом зависти и соперничества"- Исторический очерк христианской проповеди в Китае: Труды Киев. Дух. Академии. 1860, кн. 4. С. 313.
17 "Пропаганда, которую ведут в Китае европейцы, сделалась орудием политических и коммерческих целей. Естественным последствием этих злоупотреблений явилась ожесточенная ненависть китайцев как к своим соотечественникам, обращенным в христианство, так и к христианским миссионерам и их правительствам, в особенности к французскому и английскому, которые злоупотребляют своими правами. Миссионеры сделались в полном смысле злом для Китая, и неудовольствие против них всеобщее. Ненависть к ним ярко выражена в словах, обращенных принцем Гуном к отъезжающему из Китая ( в 1869 г.) великобританскому послу, сэру Р. Олькоку (Alcok): "Сделайте милость, увезите с собой опиум и миссионеров". Корыстолюбивые цели, которых, под видом распространения христианства в этой стране, добиваются англичане и французы, заставляют китайцев ненавидеть без различия всех европейцев и смотреть на них, как на своих заклятых врагов". - Проф. Мартенс. Современное международное право цивилизованных народов. СПб., 1883, т. II. С. 125-127; Ср. Исторический очерк католической пропаганды в Китае// Прав. Собеседник, 1885, сент.; Протестантская пропаганда в Китае// Православное Обозрение. 1886, авг.; Положение миссионерства в Китае// Православный Собеседник. 1885, май.
18 "Характеристическая черта, отличающая во всех отношениях Пекинскую (православную) Миссию от других духовных миссий и от всех религиозных конгрегаций, основавшихся в Китае, (есть) самое тщательное соблюдение со стороны Миссии автономии китайского правительства. Никогда Миссия не присваивала себе права защищать против собственного правительства тех немногих китайцев, которые добровольно примкнули к православной церкви; никогда не старалась она вызывать и неудовольствие, или злоупотреблять своим нравственным влиянием". - Проф. Мартенс. Россия и Китай. Перев. Телесницкого. СПб., 1881. С. 47.
19 Мартенс. Россия и Китай. С. 48; Ср. Семенов П. Обозрение Амура в физико-географическом отношении// Вестник Имп. Русс. Геогр. Общества. 1855, т. VI. С. 253.
20 Ученики при Пекинской Миссии могут быть названы первыми после албазинцев русскими драгоманами. За ними следуют ученики из латинских школ Москвы, посылавшиеся в Персию для изучения восточных языков. П. С. З. Т. V, N 2978, от 18 января 1716 г.
21 Проф. Васильев. Воспоминание об И. И. Захарове. С. 4, 8 и 18.
22 "Архивы и библиотеки - азиатского департамента Мин. Иностр. Дел, Императорской Академии Наук, Публичной библиотеки и св. Синода содержат в себе значительное число манускриптов и произведений, относящихся к истории, институциям, управлению, религии, медицине, ботанике, географии, астрономии и т. п. Китая. Эти точные и обширные труды принадлежат перу ученых членов Пекинской Миссии, прославивших ее своими блестящими талантами и эрудицией, глубоким знанием китайского языка, сношениями с местными властями и доступом в разные трибуналы... Очень мало из этих трудов было опубликовано и еще меньше переведено". - Dudgeon J.Historical sketch of the ecclesiastical, political and commercial relations of Russia with China. Peking, 1872. Р. 2; Мартенс. Россия и Китай. С. 48; Тимковский. Путешествие в Китай. СПб., 1824, II, 9; Ср. Семенов П. Обозрение Амура в физико-географическом отношении: "На пути караванной дороги в Пекин... преимущественно наши Духовные Миссии решили важнейшие спорные вопросы азиатской орфографии о возвышении главного азиатского нагорья. Учреждение магнитно-метеорологических обсерваторий при нашей Миссии в Пекине (и в разных частях Сибири) обусловило в неимоверной степени успехи метеорологии и привело в ясность все климатические отношения Азии" (Вестник Имп. Русс. Геогр. Общества. 1855, т. VI. С. 252, 253).
23 Проф. Васильев. Русско-китайские трактаты (оттиск из "Северной Пчелы", 1859). С. 21.
24 "Исторический очерк христианской проповеди в Китае: Труды Киев. Дух. Академии. 1860, кн. 4. С.312.
25 Мартенс. Россия и Китай. С. 45.
26 Настоящее положение и современная деятельность православной Миссии в Китае// Прав. Собеседик, 1885, август.
27 Письма иером. Николая из Японии к архим. Палладию от 26 апреля и 27 июля 1867 г. говорят о получении первым от Пекинской Миссии Нового Завета на китайском языке, Краткой священной истории, Зерцала, Катихизиса для оглашенных, Утренних и вечерних молитв, Земной жизни Иисуса Христа (все это переводы Пекинской Миссии). -Письма архим. Николая (из Японии) иером. Исаии от 14 апреля и 24 августа 1871 г.: "Пекинская Миссия -мать японской, без Пекина японцы неопытны и немы". Ср. также письмо архим. Николая к о. Палладию от 6 октября 1872 г. о получении первым церковного словаря, составленного о. Исаией, под руководством о. Палладия. Все эти письма хранятся в архиве Пекинской Духовной Миссии. В 1882 г. архим. Флавианом, Начальником ее, были отвезены лично в Японию к преосв. Николаю все рукописные переводы Пекинской Миссии, в том числе: служебник, требник, октоих и др. В 1883 г. произведен Пекинской Миссией новый перевод богослужебных книг, которые и были отпечатаны в начале 1884 г. в 20 книжках. - См. Отчет г. Обер-Прокурора св. Синода за 1883 г.// Церковный Вестник. 1885, N 50. С.178, Ивановский А. Богослужебные книги православной церкви на китайском языке. //Христиан. Чтение., 1885, т. II. С. 490-502; Наша Миссия в Китае// Совр. Изв. 1886, N 190.
28 Отчет преосв. Вениамина, еписк. Благовещенского за 1870 г.: помощь со стороны Пекинской Миссии переводами на маньчжурском (перевод Нового Завета Липовцева) и китайском языках; переводы понятны для амурского населения (Ирк. еп. ведомости. 1871, N 32. С. 631). Отнош. преосв. Мартиниана, еписк. Камчатского, от 4 апреля 1880, N 605, с просьбою о высылке ему книг на китайском, маньчжурском и корейском языках. Отнош. архим. Флавинана от 8 июля 1880, N 7 еписк. Мартиниану с 4 тюками китайских переводов Пекинской Миссии. Отнош. преосв. Мартиниана, еп. Камчатского, от 11 июня 1882, N 1126, с уведомлением о получении книг. Отннош. свящ. Кульджинской церкви о. К. Седачева, от 14 июня 1873, N 3, насчет высылки из Пекинской Миссии переводов богослужебных книг. Отнош. архим. Флавиана от 8 ноября 1879, N 24, преосвящ. Александру, еп. Туркестанскому, с двумя тюками книг, изданных Пекинской Миссией; Ср. Адрес Пекинской Миссии по случаю 50-летнего юбилея высокопреосв. митр. Исидора// Церк. Вестник. 1884, N 46. С. 19.
29 Мартенс. Россия и Китай. С. 7.
30 "В деле открытия Китая (в 1858 г.) на долю России (и отчасти Соединенных Штатов) выпала та честь, что она по возможности спасла Китайскую империю от унижения. Не будучи в войне с Китаем, она первая заключила трактат и доставила китайскому правительству то утешение, что оно приступило к переговорам с английскими и французскими дипломатами не под громом пушек, а по добровольному внушению и при посредничестве двух великих держав - России и Соединенных Штатов. Китайцы хорошо это поняли". - Проф. Васильев. Открытие Китая. С. 5 и 6.
31 "Католическая и протестантская пропаганды вносят в Китай под знаменем христианства, вместе с массой благодеяния и просвещения населению страны, тенденции, несвойственные истинному христианству, каковы политические и меркантильные расчеты. Одна православная миссия в Пекине остается неповинной в последнем и не может не сознавать, что достоинство православия для нее дороже временных интересов". - Положение миссионерства в Китае// Прав. Собеседник, 1885, май. С. 73.
32 Там же , С. 71, 72; Ср. Православие и Православная Миссия в Китае. Совр. Изв., 1886, 25 дек. N 355.
Ошибка! Источник ссылки не найден.		Ошибка! Источник ссылки не найден.